Сайт Лотоса » на главную страницу
домойFacebookTwitter

Игольное ушко

Раздел авторских тем. У любой темы может быть Куратор из числа участников форумов с правом устанавливать особые правила и возможностью удалять любые сообщения в данной теме. В первом сообщении авторской темы необходимо огласить правила данной темы.

Куратор темы: Haна

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

 

aasya0155, :namaste:

lanselot, чудные фото древней земли - спасибо! :namaste:

лунный ветер, необыкновенные стихи (как всегда) :namaste:



Сура «Аль-Нахль» и Сура «Аль-Анбия»

Изображение

Изображение


Добавлено спустя 1 час 22 минуты 1 секунду:
Дорогие,​
Вы, кто пытаетесь познать​
Чудеса Любви​
Через разум,​
Я ужасно боюсь,​
Что вам это не удастся​ .

Хафиз


Добавлено спустя 4 минуты 2 секунды:
Ахмад Ясави (около 1105-1166), среднеазиатский суфийский поэт и проповедник. Его биография достоверно неизвестна, однако о нём существует множество легенд. Родился в 1103 году в Сайраме на территории современного Казахстана.

Его отец шейх Ибрагим умер, когда он был ещё мальчиком, и его семья переместилась в город Яссы (современный Туркестан). Там он стал учеником Арыстана-баб. Когда его учитель умер, он направился в Бухару и стал учеником Юсуфа Хамадани.Когда Юсуф Хамадани скончался в 1140 году, А.Ясави лично возглавил школу, однако по прошествии некоторого времени оставил ее и перебрался в родные места, где не смотря на свое бедное существование, проповедовал идеи суфизма. Среди канлы, кипчаков, коныратов и других тюркских племен, расселившихся по среднему и нижнему течению Сырдарьи, ислам только-только начал распространяться. И Ахмета Ясави, которого в народе стали считать духовным лидером новой религии, стали называть "Святой отец".

Отличием А.Ясави от других восточных авторов, проповедовавших ислам, стало то, что Ясави писал и проповедовал свои идеи на тюркском языке, который был наиболее доступным для народа. В своих работах он постоянно использовал кыпчакские пословицы, поговорки и другие выражения.

Дошедшее до наших дней произведение АЯсави "Дивани Хикмат" (Книга Мудрости) является сборником стихов, которые высоко оцениваются и изучаются не только среди тюркских народов, но и во всем мире. 19 веке сборник был издан несколько раз в таких городах, как Стамбул, Казань и Ташкент.

Основой произведения является жизнеописание самого Ахмета Ясави, но основная мысль - это непостоянство всего сущего и невозможность унести какие-либо материальные ценности этого мира в другой. Осуждая алчность и стремление к власти сильных мира сего, он призывал к аскетизму и развитию духовного мира человека. Последователи А.Ясави - Сулейман Бакыргани, Аллаяр, Ахсани и т.д. - тоже стали проповедниками суфизма, продолжая дело своего учителя. Среди народа распространилось очень много крылатых выражений и высказываний А.Ясави. Кроме того, в его "Книге Мудрости" можно найти очень много фактов, касающихся культуры, литературы, истории и этнографии казахского народа.

Гробница, возведенная на месте его захоронения, превратилась в крупный архитектурный комплекс, ставший народным достоянием. Последствии сюда же были перенесены и захоронены останки таких великих деятелей казахского народа, как Есим хан, хан Джихангир, Тауке хан, Аблай хан и некоторых видных биев. В настоящий момент архитектурный комплекс, олицетворяющий все великолепие средневекового зодчества Востока, является великим наследием не только для тюркского мира, но и для мусульман всего мира.

Сочинения Ясави были весьма популярны, их передавали из уст в уста, они как бы исполняли функции своеобразного морального кодекса, на который равнялись люди. Опираясь на религиозные трактаты и устои, он призывал соотечественников к самосовершенствованию, человеколюбию, милосердию, веротерпимости, толерантности. Например:

Для мусульман мои хикметы - учителя.
Кто бы ты ни был, должен поклоняться Богу.
Мои хикметы декламируй тем, кто поймет.
Восслави молитвами милость
Аллаха.

Если будет перед тобой неверный, не делай обиду ему.
От сердца жестокого, от души
обидчика отвращается Господь. О, Аллах истинный!
Такому рабу уготована преисподняя ада!

Рассуждая о милосердии, гуманности, доброте, великий Ходжа Ахмед Ясави писал:

Если ты умен и мудр, заботься о нищих,
Как Мустафа, собирай и опекай сирот повсюду.
Держись подальше от алчных и подлых,
Убереги себя и стань как полноводная река.

Или такое предостережение:

Люди, влюбленные в Создателя,
достигли своей мечты. Смотри, не опозорься,
прикидываясь влюбленным.
Через мост по имени Сират, который тоньше
И острее лезвия меча, лжецы не пройдут...

Очень много внимания уделял Ясави воспитанию в человеке чувства сопереживания, сопричастности, великодушия и жалости. Обратим внимание на такие строки:

Если ты правоверный - иди по
пути пророка к Аллаху. Если услышишь их имя, поклоняйся
и восхваляй их.

Одним из психологических приемов, совершенствующих личность человека, являлось покаяние, которое очищало душу и сердце человека от скверны. Самоанализ поступков, самобичевание, самоосуждение также избавляют от пороков.

Высока художественная ценность изобразительно-выразительных средств, поэтических деталей, используемых в хикметах.

В просторных садах любви к Всевышнему,
Хочу быть соловьем, поющим на
рассвете печальные песни свои...
В те часы хочу увидеть лучезарный
облик Моего Аллаха - глазами сердца своего.
Пусть питается сердце любовью,
Одеждой счастья укроется тело.
Силой любви хочу возвыситься,
И птицей опуститься на веточку сознания.
Пока не отведаешь нектар любви,
Пока не наденешь одежды влюбленных,
Пока не соберешь в единое веру и поклонение,
Не сможешь увидеть божественный лик Создателя.

https://www.ziyouz.uz/ru/literatura/lit ... 3-05-03-27


Добавлено спустя 15 минут 49 секунд:
и вот еще нашла отрывок из Хикметов

В одиннадцать лет снизошла на меня благодати река,
Я промолвил: «Аллах!», и шайтаны бежали меня.
Горделивость, довольство и чванство мне стали чужды,
И в двенадцать я многие Божии тайны постиг.
В год тринадцатый смог я свой плотский порыв обуздать,
В раз сто тысяч проклятий на силу его наложив.
Растоптал я надменность, гордыню, довольство собой,
И в четырнадцать лет стал я как подземелья песок.
В год пятнадцатый встретил я ангелов сонм,
Что предстали пред взором моим со склоненной главой.
И из рая Фердаус пришла мне великая весть.
Ради зова его я оставил земную юдоль.
В мой шестнадцатый год — духи предков почтили меня,
Осчастливили, светлым и чистым меня величав,
Называя наследником, лаской объяли меня.
В свой семнадцатый год я вернулся домой в Туркестан.
В восемнадцать — нектар со святыми испив,
Я молитвы читал, проникая завесы сердец.
Бог дал счастье мне, был я средь гурий небесных в раю,
И мечты я достиг, увидавши Водителя лик.
В девятнадцать я в семьдесят истин прозрел,
Изнутри и снаружи очистился, выполнив зикр,
И куда б не направился я — Хизр святой был со мной,
А Гаус ул-Гияс дал испить мне до пресыщенья вина.
Двадцать лет мне исполнилось, время пришло,
Божьей милостью стал я работу святых исполнять,
Птица певчая ль, малая тварь - все любили меня,
Так Аллаху Всевышнему, Господу нашему, близок я стал.


Добавлено спустя 3 минуты 19 секунд:
Изображение
09 ноя 2018, 15:31  ·  URL сообщения

лунный ветер
Активный участник
 
Сообщения: 23413
Благодарности: 19368 | 20281
Профиль  

 

нана :rose: :rose: :rose:

Изображение

Добавлено спустя 1 минуту 5 секунд:
Изображение


phpBB [media]



Изображение

Изображение

phpBB [media]


Изображение
Последний раз редактировалось лунный ветер 23 дек 2018, 10:11, всего редактировалось 22 раз(а).
09 ноя 2018, 19:56  ·  URL сообщения

lanselot
Единорог
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5208
Откуда: kamelot
Благодарности: 2087 | 3330
Профиль   Сайт

 

Старый город,Акко. Фото Леонида Ландмана.

Изображение
11 ноя 2018, 08:20  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

 

небольшой отрывок из книги Мухаммада Асада

Дорога в Мекку

— Каждый, кому под силу уловить все это своим восприятием, сможет обрести власть над своей судьбой.

— Я понимаю, о чем вы, — ответил отец Феликс. — Но для чего кому-то желать власти над своей судьбой? Чтобы избавиться от страданий? А не лучше ли и вовсе освободиться от предначертаний судьбы?

— Вы говорите почти как буддист, отец Феликс. А не считаете ли вы нирвану конечной целью всего бытия?

— Ну нет, конечно же, нет… Мы, христиане, не стремимся к прекращению жизни и чувств, мы хотим лишь перевести жизнь из области материального и чувственного в сферу духовного.

— Но разве это не есть отречение?

— Нет, это не отречение, мой юный друг. Это единственный путь к истинной жизни, к успокоению…

Перед нами открылся Босфор, широкий пролив, обрамленный скалистыми холмами по обе стороны. Тут и там виднелись просторные дворцы с колоннами, сады с террасами, кипарисы, возвышавшиеся во весь свой темный рост, старинные крепости янычаров, огромные скалистые глыбы, тяжелые каменные массы, нависавшие над водой, будто гнезда хищных птиц. Снова, но уже как будто бы с большого расстояния, я услышал голос отца Феликса:

— Видите ли, глубочайшим символом сильного желания, желания всех людей, является символ рая; он встречается во всех религиях, всегда в разных образах, но неизменно с одинаковым смыслом, а именно — желанием обрести свободу от судьбы. У обитателей рая не было судьбы; они обрели её лишь после того, как поддались искушению плоти и тем самым впали в так называемый первородный грех: дух споткнулся о плотские побуждения, кои есть, без сомнения, остатки животных качеств в человеческой природе. Но сама сущность человека, богочеловеческая часть его — одна только его душа. Душа стремится к просветлению, то есть к духу, но, как следствие первородного греха, ей мешают препятствия, связанные с материальной, небожественной природой тела и его побуждений. Христианское учение, таким образом, нацелено помочь человеку освободиться от несущественных, эфемерных, плотских аспектов его жизни и вернуться к его духовному началу.

Тем временем показалась старая крепость Румелихисар с двумя башнями; одна из её зубчатых стен спускалась вниз по склону почти до самого края воды; на берегу, внутри каменного полукруга крепости, лежало погруженное в сон турецкое кладбище с разрушившимися надгробными камнями.

— Возможно, так оно и есть, отец Феликс. Однако у меня, как и у многих моих сверстников, складывается впечатление, что неправильно делать различие между «существенными» и «несущественными» составляющими человеческой природы, обособляя дух от плоти… Короче говоря, я не могу согласиться с вашим отрицанием всего хорошего в физических влечениях, плоти и земной судьбе. Мои желания связаны с иным: я мечтаю о такой форме жизни, — должен признаться, я пока еще сам не имею полного представления о ней — при которой человек всецело, душой и плотью, стремился бы реализовать себя все глубже и глубже, при которой его душа и его чувства не враждовали бы друг с другом, при которой он мог бы достичь согласия как с самим собой, так и со своей судьбой, чтобы на вершине своих дней он мог заявить: «Я и есть моя судьба».

— Такой была мечта эллинов, — ответил отец Феликс. И к чему она привела? Сначала к орфийским и дионисийским мистериям, потом к Платону и Плотину, а потом снова к неизбежному пониманию того, что душа и плоть противоположны друг другу… Освободить дух от господства плоти — вот в чем смысл христианского спасения, смысл нашей веры в искупление Господа на кресте, — тут он прервал свою речь и повернулся ко мне с огоньком в глазах. — Впрочем, я не всегда выступаю в роли проповедника… Извольте простить меня за разговоры о моей веры, которая чужда вам.

— У меня нет никакой веры, — заверил я его.

— Да, — сказал отец Феликс, — я знаю. Отсутствие веры или, скорее, неумение верить — это главный недуг наших дней. Вы, как и многие другие, живете в иллюзии тысячелетней давности, полагая, что задавать направление человеческим стремлениям может только разум. Однако разум не способен самостоятельно постичь духовное знание, потому что он слишком поглощен достижением материальных целей и только вера, одна только вера, может освободить нас из этого поглощения.

— Вера? — спросил я. — Вы снова произнесли это слово. Мне одно не понятно: вы говорите, что посредством одного лишь разума невозможно прийти к знанию и праведной жизни; вы утверждаете, что необходима вера. Я полностью с вами согласен. Но как обрести веру, если её нет? Есть ли способ сделать это? Я имею в виду способ, открытый нашей воли.

— Мой дорогой друг, одной воли недостаточно. Путь открывается только по милости Божьей. Но он всегда открывается тем, кто молится о духовном просветлении из самой глубины своего сердца.

— Молиться! Но ведь для этого, отец Феликс, у человека уже должна быть вера. Вы водите меня по кругу, поскольку, если человек молится, он уже убежден в существовании Того, кому он молится. Как же он пришел к такому убеждению? Посредством разума? Разве одно это не заставляет нас признать, что обрести веру можно посредством разума? Кроме того, разве «милость» несёт в себе какой-либо смысл для человека, не имевшего возможности ощутить нечто подобное?

Священник пожал плечами, как мне показалось, с сожалением:

— Если кто-либо не имел возможности ощутить Бога, ему следует довериться опыту тех, кто имел возможность ощутить Его…
11 ноя 2018, 22:15  ·  URL сообщения

akisawa
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 55125
Откуда: видное
Благодарности: 220 | 2410
Профиль   Сайт

 

Haна,
это действительно серьёзный вопрос. Ведь:

в Бога верить нельзя


Добавлено спустя 2 минуты 43 секунды:
Но как это начинается? Я вообще не думал о Боге, пока не столкнулся. Получается, мой опыт без всякой веры.
11 ноя 2018, 22:24  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

 

akisawa,
да, серьезный вопрос
и я не верю, я знаю

к сожалению, это мой последний день на форуме, в ближайший месяц, думаю, не появлюсь и тему пока закрою
всего всем доброго и светлого :namaste:


Акмарал Абулхаир


Изображение

Изображение

Изображение
11 ноя 2018, 22:31  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

Re: Игольное ушко 

Мухаммад Асад // Дорога в Мекку

Под стенами Иерусалима (отрывок)

Хаджи ходил вокруг, опираясь на трость: по его опухшим коленям было заметно, что он страдал от артрита. Он был главным среди них, и они беспрекословно выполняли его команды. Несколько раз в день он собирал всех на молитву, и если не было сильного дождя, то они молились под открытым небом: все мужчины становились в один длинный ряд, а он вставал впереди в качестве имама. Их движения были слаженными, как у солдат: они вместе совершали поклон в сторону Мекки, потом выпрямлялись, а потом опускались на колени, касаясь лбами земли; казалось, что они следовали неслышимым командам своего командира, который между поклонами стоял босыми ногами на своём молитвенном коврике, с закрытыми глазами и сложенными на груди руками, беззвучно шевеля губами и явно погрузившись в состояние глубокой сосредоточенности: было видно, что он молился всей своей душой.

Я был в какой-то мере взволнован видом столь искренней молитвы в сочетании с почти механическими телодвижениями, и однажды я спросил хаджи, немного понимавшего по-английски:

— Вы действительности верите, что Господь хочет, чтобы вы выражали Ему уважение, постоянно кланяясь, падая на колени и простираясь? Не лучше ли просто собраться с мыслями и помолиться Ему всем сердцем в тишине? К чему все эти телодвижения?

Как только я произнёс эти слова, меня сразу же стало мучать угрызение совести, поскольку мне не хотелось задеть религиозные чувства старика. Но хаджи не подал ни малейшего признака того, что он обиделся. Он улыбнулся беззубой улыбкой и произнёс в ответ:

— А как нам ещё молиться Господу? Разве Он не сотворил душу и плоть вместе? А раз так, то не лучше ли человеку совершать молитву душой и телом? Послушай, я расскажу тебе, почему мы, мусульмане, молимся так. Мы поворачиваемся лицом в сторону Каабы, Божьего храма в Мекке, зная, что лица всех мусульман, где бы они ни были, обращены туда во время молитвы, и что мы подобны единому организму и все наши мысли сосредоточены на Нём. Сначала мы стоим прямо и читаем наизусть из Корана, помня, что это Его Слово, ниспосланное людям, чтобы они были стойкими и непреклонными в жизни. Потом мы произносим: «Бог превелик», — напоминая себе, что никто не заслуживает поклонения, кроме Него; и низко кланяемся, потому что мы чтим Его больше всего, и славим Его могущество и величие. После этого мы падаем ниц и касаемся лбами земли, осознавая, что мы всего лишь прах земной, ничто перед Ним, и что Он — наш Создатель и поддерживает нас с небес. Отрывая наши лица от земли, мы некоторое время сидим и молим Его простить наши грехи, оказать нам милость, наставить нас на праведный путь и наделить нас здоровьем и пропитанием. Потом мы снова совершаем земной поклон, лицом в пыль перед могуществом и величием одного лишь Его. Потом мы садимся и молим Его благословить пророка Мухаммада, который принёс нам Его послание, как Он благословил предыдущих пророков, просим Его благословить и нас, и всех тех, кто следует праведным путём; мы просим наделить нас добром в этом мире и добром в мире будущем. А в конце мы поворачиваем наши головы направо и налево со словами: «Мир вам и милость Божья». Так мы приветствуем всех благочестивых людей, где бы они ни были. Именно так молился наш Пророк, научая своих последователей всегда молиться, чтобы они добровольно предавались Богу — собственно, это и означает ислам — и пребывали в согласии с Ним и со своей судьбой.

Разумеется, старик не использовал в точности эти слова, но смысл их был таков, и именно так они запомнились мне. Годы спустя я понял, что своим простым разъяснением хаджи открыл передо мной первую дверь в ислам; но даже тогда, задолго до появления первой мысли о том, что ислам может стать моим вероисповеданием, я начал ощущать непривычное смирение всякий раз, — а это было достаточно часто — когда мне приходилось видеть человека, стоящего босыми ногами на молитвенном коврике, соломенной циновке или прямо на голой земле, со сложенными на груди руками и склонённой головой, полностью погрузившегося в себя, не замечающего происходящего вокруг, будь то в мечети или на обочине оживлённой дороги, человека в полном согласии с самим собой.


Добавлено спустя 11 часов 37 минут 40 секунд:
Дилором Мамедова

Изображение Изображение Изображение Изображение
Изображение
05 дек 2018, 11:35  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

Re: Игольное ушко 

Танец Саламандры
phpBB [media]



Добавлено спустя 4 минуты 47 секунд:
СЛАВЯНСКАЯ ЦАРЕВНА


ПОВЕСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ



Вторник



В некий Дея месяца день, что был короче Ночи

Тира месяца, самой краткой ночи,—



Хоть все дни недели он красотой затмил,

Это пуп недели был — красный вторник был,



День Бахрама — рдел он, блеском равен был огню,

Ну, а шах Бахрам был тезка и звезде и дню...



В этот день все красное шах Бахрам надел,

К башне с красным куполом утром полетел,



Там розовощекая славянская княжна —

Цветом сходна с пламенем, как вода — нежна —



Перед ним предстала, красоты полна,

Словно заблистала полная луна.



Только ночь высоко знамя подняла

И на своде солнца шелк разорвала,



Шах у девы-яблони, сладостной, как мед,

Попросил рассказа, что отраду льет



Слушателю в сердце. И вняла она

Просьбе, и рассказывать начала она:



«Ясный небосвод — порог перед дворцом твоим,

Солнце — только лунный рог над шатром твоим!



Кто стоять дерзнет пред лучом твоим?

Пусть ослепнет тот под лучом твоим!»



И, свершив молитву, яхонты раскрыла

И слова, как лалы, к лалам приобщила.



СКАЗКА



Начала: «В земле славянской был когда-то град,

Разукрашен, как невеста, сказочно богат.



Падишах, дворцы и башни воздвигавший в нем,

Был единой, росшей в неге, дочери отцом,



Околдовывавшей сердце, чародейноокой,

Розощекой, стройной, словно кипарис высокий.



Чье лицо, как светлый месяц, нет — еще милей.

Дан был солнцем и Бурджейсом светлый разум ей.



И от зависти великой мускус изнывал

И слабел, когда дыханье кос ее впивал.



Словно сон нарцисса, томна темь ее очей,

Аромат цветка несрина — раб ее кудрей.



А вздохнет — и кипарисом всколыхнется стан;

Лик прекрасный разгорится, как заря румян.



Не улыбкой сладкой только и красой она, —

Нет, — она в любой науке столь была сильна,



Столь искушена, что в мире книги ни одной

Не осталось, не прочтенной девой молодой.



Тайным знаньям обучалась; птиц и тварей крик

Разумела, понимала, как родной язык.



Но жила, лицо скрывая кольцами кудрей,

Всем отказом отвечая сватавшимся к ней.



Та, которой в мире целом равной не сыскать,

Разве станет о безвестном женихе гадать? —



Но когда молва по свету вести разнесла,

Что с высот Ризвана к людям гурия сошла,



Что ее луна и солнце в небе породили,

А созвездья и планеты молоком вскормили, —



Каждый был великой страстью к ней воспламенен,

И мольбы любви помчались к ней со всех сторон.



Взять один пытался силой, золотом другой,

Ничего не выходило. Падишах седой,



Видя дочки непреклонность, выбился из сил,

Но спастись от домогательств средств не находил.



А красавица, которой был на свете мил

Только мир уединенья, чьей душе претил



Пыл влюбленных, отыскала гору в тех краях —

Крутобокую, с вершиной, скрытой в облаках.



Замок на горе воздвигла, где клубится мгла...

Скажешь ты: на круче горной выросла скала.



И она отца просила — отпустить ее,

Тот, хоть не желал разлуки, детище свое



Отпустил: как соты меда, спрятал в замке том,

Чтоб назойливые осы не влетали в дом.



Этот замок над обрывом каменным стоял,

В небо бронзовые башни грозно он вздымал.



В высоте над облаками он витал, как сон,

Опоясан пропастями, крепко защищен.



И оттоль княжна разбою тропы заперла,

Глотки алчные заткнула, хищных изгнала.



Ведь она в любой науке сведущей была,

Чудеса умом крылатым совершать могла.



Тайну всех светил небесных, мудрая, прочла,

И на тайну тайн арканом мысль ее легла.



Знала, что сухим и влажным делать надлежит,

Отчего вода пылает, пламя холодит,



Знала, что даруют звезды, что судьба творит,

Отчего, как яркий светоч, разум наш горит.



Отчего он, словно солнце, светит нам в пути;

Знала все, что может людям пользу принести.



Но когда в том замке стихли все тревоги в ней,

Диво-дева отвратила душу от людей.



И поставила у входа в горное нутро

Много грозных талисманов, созданных хитро.



Из гранита и железа — замка сторожа

Высились, мечи в ладонях кованых держа.



Смельчака, который входа в замок тот искал,

Талисман — меча ударом — тут же рассекал.



Кто дерзнул проникнуть в замок, сразу погибал.

Лишь один привратник тайну талисманов знал.



Этот, в тайну посвящений верный страж ворот,

Знал, куда ступать, и шагу вел особый счет.



Если бы со счета сбился хоть однажды он,

Сталью грозною мгновенно был бы поражен.



А врата твердыни, к небу высившей отвес,

Для людей незримы были, как врата небес.



Если б самый мудрый зодчий их сто дней искал.

Все же их, как врат небесных, нам не указал.



И была хозяйка замка — пери красотой —

Рисовальщицей китайской царской мастерской.



Челке гурии подобной — был калам ее

Полем раковин, дающим перлам бытие.



И княжна однажды краски и калам взяла,

В рост на белый шелк свой образ светлый нанесла.



На шелку, как бы из света, тело соткала,

И в стихах прекрасных надпись, как узор, сплела:



«Если в мире кто желает мною обладать

И твердынею, которой силою не взять,



Пусть, как бабочка, бесстрашно он летит на свет,

Пусть он будет храбрым. Места здесь для труса нет,



Жаждущий добычи этой, знай — тебе нужна

Жизней тысяча и больше, а не жизнь одна.



Пусть вся жизнь на трудный будет путь устремлена,

И четыре ты условья соблюди сполна:



Имя доброе, во-первых, доброту имей.

Во-вторых, умом раскинув, победить сумей



Чары грозных талисманов, ставших на пути,

В третьих, — коль, разрушив чары, сможешь ты пройти,



То найди ворота. Мужем станет мне лишь тот,

Кто ко мне не через крышу, через дверь войдет.



И четвертое: направься в город. Буду там

Ждать тебя я и загадки трудные задам.



Только тот, кто все условья выполнит вполне,

Только тот отважный витязь мужем будет мне,



Тот, кто все мои условья превозможет, — он

Сокровенным камнем счастья будет одарен.



Но погибнет тот, кто, взявшись, дела ее свершит.

Пусть он был велик, — унижен будет и убит.



И, в таком порядке надпись заключив, она

Слуг покликала. И, свиток им вручив, она



Отдала приказ: «Идите к городским вратам,

Этот свиток пригвоздите к городским вратам.



Пусть любой — и кто б он ни был, — лик увидев мой,

Пожелает, чтобы стала я его женой.



Пусть прочтет мои условья и сюда придет,

Овладеет мной и замком или же умрет».



К городским воротам лунный образ прикреплен,

Кто его хоть раз увидел — навсегда влюблен.



И молва о нем все страны мира обошла,

Вновь князей и падишахов с места подняла.



Бросив трон, презрев величье, из любой страны

Скачут, притчей необычной воспламенены.



Этих нрав сгубил горячий, молодость — других.

Всякий жизнь бросал на ветер. И не стало их.



Всякий, встав на путь опасный, был уж обречен.

Радуя врагов, несчастный — шел на гибель он.



Как бы кто ни домогался, как бы ни хитрил, —

Ни единый талисманов тайну не открыл.



А иной, познавший мощь их, муж — умом глубок —

Разбивал два-три, но прочих превозмочь не мог.



Свой позор, свое бесславье видя, шел под меч.

Там голов прекрасных, юных много пало с плеч.



Избавленья иль пощады было ждать нельзя:

учителю поведал, ничего не скрыл.



И старик его заветным знаньем подарил.

И всезнающего витязь возблагодарил.



Был слепой — вернулся зрячим он в родной предел,

Стал готовиться на подвиг, праздно не сидел.



Все обдумал, все припас он нужное в пути,

Чтоб опасным подземельем без вреда пройти.



Он волшебных талисманов силу разгадал,

Против каждого — особо — средство он достал.



В путь он выступил, одежды красные надев —

Крови знак и гневных жалоб на небесный гнев.



Ты сказал бы: в море крови плащ он обагрил,

И глаза его горели, как в ночи берилл.



Обуздал свои желанья, в помыслах велик,

И о горе и позоре мира вопль воздвиг.



Объявил: «Не для себя я путь пробить хочу,

Я за кровь ста тысяч храбрых отомстить хочу!



Или головы живущих сразу излечу

От безумья, иль своею жизнью заплачу!»



Вот за городской чертою, под пятою гор,

Пред железным замком девы он разбил шатер.



И едва о том в народе протекла молва,

Что явился юный мститель мужественней льва,



Всяк ему в великом деле помогать хотел,

Чтоб скорее он чудесным замком овладел.



Так заботами народа и умом своим

Он облекся, как надежным панцирем стальным.



И затем идти на подвиг разрешенья он

Испросил у падишаха, как велел закон.



Вот в ущелье талисманов удалец шагнул,

Брешь пробил и заклинанье первое шепнул.



Разом чары талисмана первого разбил,

Связи прочих талисманов он разъединил.



Друг за другом их арканом в пропасть повалил;

К башням замка несказанным путь себе открыл.



Он от чар очистил гору. И из всех мечей —

Только верх горы оставил, что меча острей.



И искать в стене ворота начал он, ремянной

Колотушкой ударяя в шкуру барабана.



Вслушался, как отдается звук вокруг стены.

И по отзвуку ворота были найдены.



Откликаясь барабану, пел подземный ход.

Он подвел подкоп и выше к створам тех ворот.



Лишь о том хозяйка замка мудрая узнала,

Тут же человека с вестью к витязю послала:



«О, подкопы подводящий, что тебя вело?

Знать, тебе достигнуть цели счастье помогло.



Если ты сумел осилить чары сторожей,

А потом нашел ворота крепости моей,



Ты теперь направься в город и еще два дня

Потерпи, — прошу об этом; подожди меня.



Я тебя в дому отцовском повстречать хочу, —

Я загадками твой разум испытать хочу,



У тебя четыре тайны стану я пытать;

Коль ответы на вопросы ты сумеешь дать, —



О, навек тогда ты другом будешь для меня.

И желанным и супругом будешь для меня».



И когда свою удачу витязь увидал,

Повернул коня и в город быстро поскакал.



Шелк сорвал с ворот высоких и рабу вручил,

Оживил в сердцах веселье, горе умертвил.



Головы со стен на землю опустить велел,

И оплакать, и с почетом схоронить велел.



И, благословляем всеми, воротясь домой,

Горожан велел к себе он звать на пир большой.



Люди толпами до ночи в дом его текли,

И дареными шелками стены расцвели.



И пред ним все горожане клятву принесли:

«Если шах тебе не выдаст Дочку, то внемли:



Шаха мы убьем и бросим шахский труп в пыли,

А тебя поставим шахом всей своей земли.



Ибо шах жестокосердный нас мечом казнил,

Ты ж от злого наважденья нас освободил».



А прекрасная невеста, как и весь народ,

Радовалась, что удачно сватовство идет...



Лишь растерла черный мускус меж ладоней ночь

Над ладьей луны, с подушек стала шаха дочь,



С сердцем радостным уселась в паланкин она.

И, дорогу озаряя, шла пред ней луна.



Во дворец подземным ходом дева прибыла,

Встретив деву, даже челядь замка расцвела.



И отец расцвел, как роза, детище обняв,

По единственной в разлуке дочке заскучав.



И рассказывала дева все, что было с ней,

Что судьба за это время совершила с ней.



Вспоминала тех, что в битве соиты ею были,

Яму рыли ей и сами в яму угодили.



О влюбленных, что отважно, словно львы, рвались

И вотще теряли силы и теряли жизнь.



Молвила, что бросить замок ей пришла пора,

Что пришел и стал пред нею витязь, как гора



Коль из четырех условий он исполнил три

И, разрушив талисманы, отыскал внутри



Скал — подземный ход и замка замкнутую дверь, —

Пусть четвертое условье выполнит теперь.



Шах спросил ее: «А в чем же трудности его?

И зачем условий столько? Хватит одного!»



Дочь сказала: «Коль рассудком он не обделен —

Пусть четыре мне загадки разгадает он.



Не скрываю — разгадать их очень тяжело.

Разгадает — увенчаю я его чело.



Но пускай, где знает, станет витязь на постой,

Коль его осел застрянет на дороге той.



Поутру, когда заблещет солнцем небосклон,

Пусть мне шах окажет милость и взойдет на трон;



Пусть придет и витязь, ставший женихом моим.

Лик закрывши покрывалом, сяду я пред ним.



И безмолвные вопросы буду задавать,

Он же мне без замедленья должен отвечать».



Шах сказал: «Все так и будет, — это решено

Все, что ты ни пожелаешь, будет свершено!»



Так старик отец беседу с дочкой завершил

И, уйдя в свои покои, мирно опочил.



Лишь эмалевое небо озарило мир, —

Утром, по обычаям кеев, шах устроил пир.



Много старых, именитых пригласил гостей,

Мудрых, в жизни искушенных, праведных людей.



Витязя того он принял на пиру своем

И его своим алмазным увенчал венцом.



Стол богатый был в чертоге для гостей накрыт,

Как столы у падишахов ставить надлежит.



Скажешь: все дары земные украшали стол.

Блюда, чаши золотые украшали стол.



И когда поели гости всласть ото всего,

И вкушавших утолилось пищей естество, —



Шах велел перед диваном, что был мудр и стар,

Златом тайн о камень знаний нанести удар.



Вот жених перед невестой сел лицом к лицу, —

Мол, в какой игре лукавый спор придет к концу?



Вот за витязем царевна стала наблюдать,

Им, как куклою таразской, начала играть.



Из ушей своих два перла вынула сперва

И такие казначею молвила слова:



«Гостю нашему два перла эти отнеси —

И ответа на вопрос мой у него проси».



И посланец не замедлил выполнить приказ.

Гость объем жемчужин смерил, взвесил их тотчас.



И из драгоценных перлов, что с собой носил,

Три других, подобных первым, сверху положил.



Дева-камень, вместо первых двух увидев пять,

Взявши гирьку, также стала вес их измерять,



Взвесив и узнав, что равен вес у пятерым,

Той же гирькой раздавила, в пыль растерла их.



Пыли сахарной щепотку бросила туда,

Все смешала и послала гостю вновь тогда.



Но ему была загадка трудная легка,

У прислужника спросил он чашу молока,



Сахар с жемчугом в ту чашу всыпал, размешал.

Принял все гонец и чашу к госпоже помчал.



Этот дар пред ней поставил. Выпила невеста

Молоко, а из осадка замесила тесто.



И на пять частей, по весу равных, разделила.

И сняла свой перстень с пальца и гонцу вручила.



То кольцо надел на палец витязь и в ответ

Отослал пославшей перстень — дивный самоцвет,



Яркий, чистый и блестящий, как полдневный свет,

Изнутри лучил он пламень, блеском был одет.



Этот камень положила дева на ладонь,

Ожерелье распустила. Яркий, как огонь,



Самоцвет в нем отыскала, первому во всем

Равный, блещущий во мраке солнечным лучом:



Третьего не подобрать к ним, их не подменить:

На одну их нанизала золотую нить.



И послала перлы морю иль — сказать верней —

Солнцу отдала Плеяды в щедрости своей,



И когда на них разумный взоры обратил, —

Самоцвет от самоцвета он не отличил.



Дать себе он голубую бусину велел,

С самоцветами на нитку бусину надел.



Воротил их той, что с пери спорит красотой.

Та же — бусину на нитке видя золотой —



Сладко рассмеялась, губок распечатав лалы, —

Бусину на ожерелье тут же навязала,



Самоцветы в уши вдела и отцу сказала:

«Встань, отец, и делай дело, — спор я проиграла!



Но я рада, ибо рада счастью своему!

Вижу: счастье дружелюбно мне, как моему



Ныне избранному другу. Вижу: по уму

И красе нет в целом мире равного ему.



Мудры мы, и с нами дружат мудрые умы;

Но его познанье выше, чем достигли мы».



Падишах был околдован медом слов ее

И сказал: «О ты! Ты — ангел, детище мое!



Каждый твой вопрос я видел и его ответ,

Но молчанья покрывалом был их смысл одет.



По порядку, друг за другом, я прошу открыть,

Что вопросы и ответы те могли таить».



Вскормленная в поклоненьях, в холе, в неге сладкой,

Складки занавеса тайны над своей загадкой



Приоткрыла, отвечала: «Я с ушей сняла

Перлы и вопрос свой первый ими задала.



Две жемчужины послала я ему сначала:

«Жизнь — два дня лишь! Понимаешь?» — я ему сказала.



К двум моим он три прибавил. Это говорит:

«Если даже пять — так тоже быстро пролетит».



Я растерла и смешала сахар с жемчугом,

И в ответ ему послала сахар с жемчугом.



Пыль жемчужная, что с пылью сахарной смесилась,

Означает жизнь, что сильной страстью омрачилась,



Оторвать их друг от друга, разлучить нельзя,

Ни заклятьем, ни наукой отделить нельзя.



В чашу молока тогда он всыпал эту смесь,

И на дно тяжелый жемчуг опустился весь,



И растаял легкий сахар в чаше молока.

И была ему загадка трудная легка.



А как молоко из чаши этой испила,

Я Себя пред ним дитятей малым назвала.



А когда ему я перстень свой отослала,

Тем на брак со мной согласье витязю дала.



Самоцвет мне дав бесценный, он хотел сказать,

Что ему во всей вселенной пары не сыскать.



Я вернула вместе с первым равный самоцвет,

«Видишь, мы с тобою пара», — мой гласил ответ.



К самоцветам этим третий подбирать он стал,

Третьего ж на белом свете он не отыскал,



Бирюзой меня решил он чистой одарить,

Чтобы счастье от дурного глаза защитить.



И украсилась я тою светлой бирюзой,

Пред его склонилась волей, словно пред судьбой.



На моей сокровищнице вещая печать, —

Бусина любви да будет грудь мне украшать!



А за то, что пять сумел он кладов отыскать,

Музыку царей могла бы я пять раз сыграть».



Шах, увидев, что объезжен конь и укрощен,

Что под плеткой сыромятной выровнялся он,



По обрядам брачных празднеств, тут же поутру

Приготовил все, рассыпал сахар на пиру.



Как звезду Зухру Сухейлю, отдал дочь свою.

Пир устроил несказанный, как пиры в раю.



Благовоньями в чертоге пол осыпан был.

Там он кипарис и розу рядом посадил.



Вот последний гость покинул падишахский дом,

Витязь наконец остался с милою вдвоем.



И когда искавший лалы россыпей достиг,

Умирал и воскресал он в свой предсмертный миг.



Целовал в ланиты, в губы он стократ ее,

Он покусывал то финик, то гранат ее.



Совладел алмаз прекрасный с перлом красоты.

Сокол сел на грудь фазану, павши с высоты.



Талисман свой он увидел на груди ее.

Он любовь, и мир, и счастье в ней нашел свое.



Жил он в радости с любимой, лучшей не просил.

Цвета щек ее — он платья красные носил.



Ибо тою красотою он рассеял мрак.

Предзнаменованьем выбрал красные одежды,



Ибо тою красотою он рассеял мрак.

Он всегда имел убранство красное, что мак.



«Шах в багряных бармах» — был он прозван потому,

Что в багряном цвете радость выпала ему.



Красный цвет красою блещет, коей в прочих нет,

Этим лал ценней алмаза — алый самоцвет.



Золото «червонной серой» называешь ты;

Нет у золота одежды лучше красоты.



Кровь, с душою связанная, оттого красна,

Что тонка, легка в полете, как душа, она.



Если красоты телесной в мире ищешь ты,

Помни: розы щек — основа всякой красоты.



Роза лучшая не будет ханшею садов,

Если нет у ней горящих кровью лепестков!»



А когда рассказ царевна кончила чудесный,

Словно россыпь роз, зарею вспыхнул мрак небесный.



И лицо Бахрама в этом блеске алых роз

Стало красным, с ароматным сходно соком роз.



Он к славянской красной розе руку протянул,

Обнял стан ее и в неге близ нее уснул.
30 дек 2018, 18:03  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

Re: Игольное ушко 

phpBB [media]



последние мои

как тихо ночью
и кажется дождь уснул
лужицей под балконом
в окнах свет,
прохожий кота вспугнул
медной монетки звоном

как тихо ночью
думаю, что не сплю
думаю, обо всех и всем
в свете окон я
вижу жизнь свою
в суете между сном и сном

как тихо ночью
в тишине принимаю ночь
в свете окон ее так легко принять
только утром боюсь
мне забыть дано
и дано
опять
вспоминать


шаг вперед два шага назад
наверное идти назад, чтобы оказаться на два шага впереди
пройти по своим следам
до Истока
:namaste:

phpBB [media]
05 янв 2019, 13:03  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

Re: Игольное ушко 

Аль-Бакара (Корова), 26-й и 27 -й аяты

إِنَّ اللَّهَ لَا يَسْتَحْيِي أَن يَضْرِبَ مَثَلًا مَّا بَعُوضَةً فَمَا فَوْقَهَا فَأَمَّا الَّذِينَ آمَنُوا فَيَعْلَمُونَ أَنَّهُ الْحَقُّ مِن رَّبِّهِمْ وَأَمَّا
الَّذِينَ كَفَرُوا فَيَقُولُونَ مَاذَا أَرَادَ اللَّهُ بِهَذَا مَثَلًا يُضِلُّ بِهِ كَثِيرًا وَيَهْدِي بِهِ كَثِيرًا وَمَا يُضِلُّ بِهِ إِلَّا الْفَاسِقِينَ
الَّذِينَ يَنقُضُونَ عَهْدَ اللَّهِ مِن بَعْدِ مِيثَاقِهِ وَيَقْطَعُونَ مَا أَمَرَ اللَّهُ بِهِ أَن يُوصَلَ وَيُفْسِدُونَ فِي الْأَرْضِ أُولَئِكَ هُمُ
الْخَاسِرُونَ
Воистину, Аллах не смущается приводить притчи о комаре или том, что больше него. Те, которые уверовали, знают, что это — истина от их Господа. Те же, которые не уверовали, говорят: «Чего хотел Аллах, когда приводил эту притчу?». Посредством нее Он многих вводит в заблуждение, а многих наставляет на прямой путь. Однако вводит Он в заблуждение посредством нее только нечестивцев, которые нарушают завет с Аллахом после того, как они заключили его, разрывают то, что Аллах велел поддерживать, и распространяют нечестие на земле. Именно они окажутся в убытке.


Добавлено спустя 42 минуты 51 секунду:
Изображение

Раскачай меня на качелях,
прямо в небо меня направь,
где отара барашков белых
щиплет лучики - стебли трав.
Раскачай, зашвырни навстречу,
путь качаньем туда стеля,
где становится небо - речью,
и молчаньем - земля.
Земля
подо мной проплывает. С нею
в тень плывет одинокий дом -
задержавшиеся на небе
остаются навеки в нем.

колонок


Добавлено спустя 26 минут 9 секунд:
ну очень понравились картины
Сергей Кузнецов


Изображение

Изображение

Изображение


Добавлено спустя 13 часов 38 минут 6 секунд:
хочу рассказать, как недавний глюк
ждала подругу
и со мной играл маленький смерчь
листьями и бумажками
я специально отходила метров на 20 - он шел за мной, кружил у ног
причем именно играл - не бросал в лицо листьев или мусора
хотя за спиной поднимал листья метра на 2
подруга опаздывала на 15 минут
и мне стало жутко, если честно, потому что куда бы я не отходила - он был вокруг
нашла ступеньки у магазани, поднялась вверх
еще четче видела, смерчик блуждал туда-сюда - диапазон 4 метра где то
ощущение не сознания чужого, нет
ощущение нечтА живого
вообщем, почему то на душе осталось тепло
как после игры с кошкой или собакой
:pardon:


phpBB [media]



Добавлено спустя 1 час 9 минут 50 секунд:
забываю открыть тему :pardon:
02 фев 2019, 18:32  ·  URL сообщения

лунный ветер
Активный участник
 
Сообщения: 23413
Благодарности: 19368 | 20281
Профиль  

 

Изображение

"Он слушал. И сквозь проём окна
Многоголосая тишина
Заполоняла дом"

Юлия Граут
03 фев 2019, 10:35  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

 

Кайри писал(а):"В диалоге «Послезаконие» (984d-985) Платон называет даймонов разновидностью воздушных существ, имеющих в иерархии духов третий и четвёртый ранги и занимающих своё место после звёзд и богов. Даймоны, будучи чем-то средним между богами и людьми, исполняют функции посредников (между богами и людьми) и потому их следует особенно почитать в молитвах. Даймон (гений) приставлен к человеку от рождения и сопровождает его до самой смерти[13] (ср. ангел). Даймоны четвёртого ранга состоят только из воздуха и эфира и потому «как бы близко от нас они ни находились, они остаются неразличимыми». В то же время они относятся к роду «умеющему быстро учиться и обладающему хорошей памятью».


вполне возможно это и было
Изображение
почему то вспомнила "Золотой компас"
03 фев 2019, 10:42  ·  URL сообщения

Кайри
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 671
Благодарности: 3 | 463
Профиль  

 

Haна писал(а):вполне возможно это и было

Диалог.
Круто :smile:
03 фев 2019, 10:51  ·  URL сообщения

лунный ветер
Активный участник
 
Сообщения: 23413
Благодарности: 19368 | 20281
Профиль  

 

phpBB [media]
03 фев 2019, 10:51  ·  URL сообщения

Haна
Активный участник
Аватара пользователя
 
Сообщения: 5642
Благодарности: 3202 | 2796
Профиль  

 

akisawa писал(а):Более живыми их сейчас делают роботехники.


раньше не чувствовала так хорошо
реальность овладения сущностью неодушевленным предметом
может на это чувствование повлияла встреча с маленьким смерчем
голем это реально, теперь верю
и впринципе, если о современных роботах
ИИ зло именно потому, что если в нем и будет искра собственного сознания
то это точно не будет искра божественного происхождения
03 фев 2019, 12:29  ·  URL сообщения

Пред.След.

Вернуться в Авторские темы

Кто сейчас на конференции

Зарегистрированные пользователи: Bing [Bot], Google [Bot], Yandex [Bot]


Новости | Библиотека Лотоса | Почтовая рассылка | Журнал «Эзотера» | Форумы Лотоса | Календарь Событий | Ссылки


Лотос Давайте обсуждать и договариваться 1999-2019
Сайт Лотоса. Системы Развития Человека. Современная Эзотерика. И вот мы здесь :)
| Правообладателям
Модное: Твиттер Фейсбук Вконтакте Живой Журнал
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100