Сайт Лотоса » на главную страницу
домойFacebookTwitter

Энциклопедия
современной эзотерики

начало > АльфредУайтхед ...

А|Б|В|Г|Д|Е|Ж|З|И|Й|К|Л|М|Н|О|П|Р|С|Т|У|Ф|Х|Ц|Ч|Ш|Щ|Э|Ю|Я

Уайтхед (Whitehead) Альфред Норт

(1861–1947) -британско-амер. математик, логик и философ, создатель организмической системы метафизики. В 1880 окончил Кембриджский ун-т, с 1884 — преподаватель математики этого ун-та, с 1911 по 1923 — проф. прикладной математики в Университетском колледже и в Империал колледже науки и технологии (Лондон). С 1924 по 1937 проф. философии Гарвардского ун-та (США). Почетный доктор множества ун-тов.


Живя в Англии, У. занимался математикой, логикой, физикой и вместе со своим учеником Б. Расселом подготовил кн. «Principia Mathematica» (Vol. 1—3. Cambridge, 1910—1913) — пионерскую работу по выведению фундаментальных понятий и принципов математики из формальной логики, давшую толчок развитию математической логики в 20 в. По окончании Первой мировой войны У. обратился к тематике философии природы. В работах «Принципы познания природы» (An Enquiry Concerning the Principles of Natural Knowledge. Cambridge, 1919) и «Понятие природы» (The Concept of Natura. Cambridge, 1920) основным объектом его критики была «ошибка удвоения природы» на опытную и каузальную: естественная наука, считал он, должна быть не спекуляцией о каузальных источниках опыта, а объяснением его содержания, а абстрактные объекты следует определять в терминах наблюдаемых чувственных данных. В работе «Принцип относительности» (The Principle of Relativity. New York, 1922) он сделал вывод, что ломка физических понятий в физике требует существенной ревизии филос. языка и введения новых понятий, в частности рассмотрения объектов не как единичных событий, а как модификации всех событий в потоке, в котором они находятся. Приняв релятивистские выводы теории относительности, У. в то же время исходил из наличия в опыте оснований знания и способности интеллекта к постижению истины.


Переезд в США (1924) был вызван усилившимся интересом У. к метафизически-космологической проблематике и созданием филос. системы, дающей синтез знания 20 в. и снимающей дуализмы мира и знания, природы и общества, человека и мира, науки, философии и религии. У. обратился к изучению новых для себя областей: биологии, искусства, литературы, политических теорий, теологии, результатом чего явились публикации: «Религия в созидании» (Religion in the Making. New York, 1926), «Приключения идей» (Adventures of Ideas. New York, 1933), «Модусы мысли» (Modes of Thought. New York, 1938) и др.


В 1929 У. опубликовал свой основной труд «Процесс и реальность. Очерк космологии» (Process and Reality. An Essay in Cosmology. New York, 1929), в котором он поставил перед собой задачу вместо «ньютоновской» механистической картины реальности нарисовать, прибегая к спекулятивному методу, организмическую картину с процессуальными и качественными параметрами. Приняв за исходное понятие опыта, он представил его в виде многообразных векторов, в которых задействованы чувства, цели, ценности, составляющие его уникальность. Реальность у него предстает в виде «чувствующих событий», находящихся в континууме времени и самореализующихся в сопряжении со Вселенной. Для ее онтологического описания он создал сложную категориальную систему. С помощью категорий «актуальных событий» и идеальных «вечных объектов» У. объяснял новизну — эмердженцию — как совмещение изменчивости с относительной устойчивостью, количественных изменений с качественными. Отвергнув традиционное христианское представление о Боге, он в то же время ввел понятие бога в космологическую метафизику как изначальную потенциальность новизны и творческое соучастие с миром. Бог выступает также главным гарантом рациональности, знания и истины.


У. видел опасность в повороте современной цивилизации на путь выработки все более точного знания. Он был не столько оппонентом жесткой научной рациональности, сколько адвокатом «восполняющей» рациональности, которую, по его мнению, дает спекулятивная философия с ее неточными методами. Прогресс в развитии цивилизации он ставил в зависимость оттого, в какой мере люди будут подключаться к «приключению идей», преодолевать ортодоксии и оценивать проблемы настоящего в свете вызревающей новизны. Этическая цель «философии организма» У. — помочь людям обрести цельность жизни, участвуя в ее творчестве. В кн. «Цели образования и другие очерки» (The Aims of Education and Other Essays. New York, 1929), во многом перекликаясь с Дж. Дьюи, он проводил мысль, что обучение должно состоять не в пассивном усвоении устоявшихся истин, а в вовлечении учащихся в решение проблем и интенсификации воображения. К идее Бога как идеалу блага учащиеся должны подходить через самотворчество: догматические религии в этом отношении — препятствие и в религии, и в образовании.


Философия У. очень богата оригинальными идеями, и к ним до сих пор обращаются представители самых различных позиций. Она способствовала утверждению в англо-амер. мысли «процесс-философии». Идея «Бога-процесса» получила дальнейшее развитие в работах его ученика Ч. Хартсхорна — создателя протестантского варианта неоклассической метафизики, у представителей процесс-теологии (Дж. Кобб, С. Огден, Д. Гриффин), у идеалистических философов (Дж. Уайлд, П. Вейс).


Введение в математику. СПб., 1915; Science and Modern World. New York, 1925; Symbolism, its Meaning and Effect. New York, 1927; The Function of Reason. Princeton, 1929; Nature and Life. Chicago, 1934; Essays in Science and Philosophy. New York, 1947.


Френкел Г. Злоключения идей. М., 1959; Богомолов Ф.С. Неореализм и спекулятивная философия (А.Н. Уайтхэд) // Современный объективный идеализм. М., 1963; Хилл Т.И. Современные теории познания. М., 1965; Юлина НС. Проблема метафизики в американской философии XX века. М., 1978; The Philosophy of Alfred North Whitehead. Evanston (III.); Chicago, 1941; Lowe V., Hartshorne C, Jonson A.H. Whitehead and the Modern World. Boston, 1950; Leclerc I. The Relevance of White-head. London, 1961.


И.С. Юлина


Источник: «Философский энциклопедический словарь".
Используемые сокращения.


(1861–1947) – британский философ, математик, логик, методолог. Учился и в первый период своего творчества работал в Кембридже. Был известен как ученый, вместе с Расселом (его учеником) разрабатывал проблемы символической логики, дал логический анализ оснований математики. Увлекшись работами кардинала Ньюмена (1801–1890), пережил в 1890-х кризис религиозных воззрений, пытаясь сделать выбор между англиканством и католицизмом. До 40 лет философской проблематикой специально не занимался. Первые работы философского характера были написаны в русле неореализма. В 1910 переехал в Лондон, где стал деканом в Лондонском университете. Был преподавателем городского Академического совета по образованию, затем профессором Имперского колледжа науки и техники в Кенсингтоне. Начало второго этапа его философской эволюции (третий этап творческой биографии) приблизительно совпадает с его переездом в Сша по приглашению философского факультета Гарвардского университета (1924), где он проработал до выхода в отставку в 76 лет (последняя лекция была прочитана У. в 80-летнем возрасте). Философскую доктрину У. этого периода определить однозначно достаточно сложно. Сам он говорил о необходимости разработки спекулятивной (умозрительной) философии (метафизики), в которой усматриваются мотивы платонизма, а также аристотелизма. В целом же речь шла о рациональном обосновании науки в ряду других возможных систем знания (искусство, религия, философия). У. акцентировал в своем позднем творчестве, отмеченном многовекторностью интересов и многообразием обсуждаемых тем, несколько ключевых идей, по которым его философию обозначают как «философию организма» («органицизм»), как «клеточную теорию актуальности», как «философию процесса» («философию становления») и т.д. Несмотря на многоплановость философских построений У., смену тем и доминант, о его творчестве можно говорить как о целостном явлении, в котором многие поздние идеи обнаруживаются или предвосхищаются в более ранних работах, часто даже «дофилософского» периода. В 1960-е отмечают «уайтхедовский ренессанс» в американской, а затем и европейской философии и методологии знания. Известна версия объединения взглядов У. с «критической онтологией» Н.Гартмана (Г.Вайн). В последнее время активно осваивается и развивается круг его идей и следствий из них, имеющих отношение к частным философским и социальным дисциплинам (прежде к эстетике и социологии – его версия социального символизма, в частности). Основные работы: «Трактат об универсальной алгебре» (1898), «О математических понятиях материального мира» (1906), “Principia mathematica” (т. 1–3, 1910–1913, совместно с Расселом), «Организация мышления» (1917, при переиздании получила новое название: «Цели образования»), «Исследование оснований естествознания» (1919), «Понятие природы» (1920), «Принцип относительности» (1922), «Наука и современный мир» (1925), «Религия в процессе развития» (1926), «Символизм, его значение и действие» (1927), «Функция разума» (1929), «Процесс и реальность» (1929), «Приключения идей» (1933), «Способы мышления» (1938 – последняя книга) и др. Творчество У. изначально задано осознанием несоответствия привычной, господствовавшей в науке несколько веков онтологической схемы и скрывающейся за ней субъектно-предикатной логики реалиям науки (прежде всего физики и математики рубежа веков). Это породило программу критического пересмотра и перестройки исходных понятий науки по двум основаниям: приближения их к «действительному опыту» на основе последовательного проведения принципа философского монизма (через критику как материалистически-позитивистского механицизма, так и гегельянской философии тождества бытия и сознания). Системообразующими принципами у У. выступают тезисы о том, что действительность всегда есть ее становление («принцип процесса»), а всякая объективность есть возможность для становления («принцип относительности»), требующие преобразования представлений о реальности, сложившихся в философии и нашедших отражение в классической физике. Последние исходят из идеи «простой локализации» объекта «здесь и теперь» качества в пространственном субстрате, непосредственно данном через органы чувств. Но это не есть реальный опыт и реальное знание объекта. Дополнительный фактор их искажения – язык, позволяющий скрывать беспорядочность и бессвязность данных, из которых исходит наука. Это относится как к естественному языку, так и языку математики, уводящим от «затемненности» и противоречивости выражаемого в них содержания (к тому же сам язык не анализировался как «тело мысли»). Язык, будучи неразрывно связан с развитием практически необходимых абстракций, упрощает и деформирует отображаемую реальность, приводит при неотрефлектированном использовании к гипостазированию абстракций, понимаемых как выражение данных опыта, т.е. к «подмене конкретности». Это приводит к обоснованию «пустой реальности» («круглый шар», картезианская доктрина «протяженной вещи») и «бифуркации» (раздвоению) природы («зеленый лист», сенсуалистская концепция первичных и вторичных качеств). Природа же едина в своем становлении. Но развертывание этого постулата требует предварительной критики языка и его адекватного концептуального понимания. У. предлагает и разрабатывает в этом качестве символическую концепцию языка. Он исходит из того, что одни компоненты человеческого опыта (символы) вызывают мысли, эмоции, привычки и т.д. относительно других компонентов опыта (значения символов). Отношение символа и значения задается в символическом (языковом) отношении, не подчиняющемся каузальным зависимостям, обратимом (символ и значение могут меняться местами), определяемом коммуницирующими субъектами на основе чувственного восприятия. Последнее задает символическое отношение через взаимодействие (сопряжение) двух своих модусов: модуса каузальной обусловленности (первичный опыт тела) и модуса презентативной непосредственности (вторичный опыт расчлененных чувственных данных). Таким образом, истина – это соотношение видимости (чувственного восприятия) и реальности (мотив Брэдли). Она такая их корреляция (символическая, не связанная отношениями причинности), при которой восприятие видимости ведет к восприятию реальности и проливает свет на реальность, что должно быть адекватно «схвачено» в языке. Тогда объективные данные в познавательном акте – это пропозиция как идеальный принцип, чистая форма или структура. Субъективная форма пропозиции – истинное или ложное суждение, но она же выражает и определенный интерес, служит формой выражения эмоции. Следовательно, пропозиция – это синтез актуальных явлений, взятых в абстракции, и «вечных объектов». Абстракция, по У., – не свободное изобретение человеческого духа, а выражение определенных черт действительности (по методу экстенсивной абстракции), за ней «скрывается» объект, но локализованный не в абсолютном пространстве (классическая онтологическая картина мира), а в «событии» как пространственно-временном происшествии. Объект связан с событием особым отношением «ситуации», которое предполагает включение объекта в событие, благодаря чему последнее приобретает качественную определенность. Объекты даны непосредственному наблюдению, представимы в «перцептуальном знании», но выражают в событиях инвариантное («вечное»). У. строит иерархию объектов: от чувственных, перцептуальных к физическим, научным. Изменчивы ситуации, включающие объекты в события, сами же объекты неизменны. Тем самым субъект в разной мере лишь распознает объект в его самостоятельном бытии, но не конструирует его в «тотальности» ситуации, в которой изменение одного влечет изменение всего остального. В итоге и реализуются исходные для У. принципы становления – возможность превращается в действительность. Но они требуют дополнения «реформированным субъективистским принципом» – становление есть становление субъективного единства, вбирающего в себя объективную данность, «стягивающуюся в единство опыта». Согласно У., это акты «прегензии», т.е. «схватывания». Как только этот процесс заканчивается, событие теряет свое субъективное единство, действительность становится возможностью, данностью для нового становления. Таким образом, подлинная действительность проявляется в процессе самостановления, в ходе формирования опыта субъектов. Становление опыта есть одновременно и формирование субъекта и объекта познания – нет субъекта и объекта самих по себе, есть объект, становящийся субъектом, и объективирующийся субъект. Вместо доктрины «простой локализации» У. предлагает «доктрину объективного бессмертия». События атомарны, собственная жизнь «действительных происшествий» эфемерна, они возникают и исчезают. Следовательно, нет непрерывности становления, но есть становление непрерывности, обеспечиваемое «вечными объектами», переходящими из одного субъективного единства в другое и создающими структурную определенность, отображаемую наукой. Неизменность «вечных объектов» обеспечивается Богом, импульсирующим, по У., и возникновение каждого нового события. Однако Бог выступает лишь как соавтор событий, а не их творец. Действующая причина – изначально присущая мирозданию творческая энергия («креативность»), выражающаяся в актах «схватывания» (прегензии). «Креативность есть актуализация потенциальности, а процесс актуализации – это и есть событие опыта». По У., «процесс творчества является формой единства универсума». Таким образом, пространственно-временный континуум формируется в процессах становления и не является априорной предпосылкой познания. Совокупности событий обнаруживают «социальный порядок» на основе общих элементов формы в конкретных «схватываниях», формирования интерсубъективного пространства и создания условий для воспроизводства сложившегося «сообщества». «Скрепляющей рамкой» выступают также и ценности (блага). В аксиологии У. рассматривает ценности как идеалы («вечные объекты» божественной природы), приобретающие свое значение в отношении к миру фактов, получающих завершение, воплощаясь в «актуальных сущностях», что превращает ценность во внутреннюю реальность явления, связанную не только с человеческим деянием. В переживаемом опыте проецируются друг на друга мир деятельности (множества конечных событий) и мир ценности (единство скоординированности различных возможностей). Рассмотренный сам по себе, каждый из этих миров является абстракцией. В итоге, согласно У., разум в мире должен проявлять себя не только «прагматически» (как средство целесообразной практической деятельности), но и «спекулятивно», исходить из «незаинтересованного любопытства», позволяющего «прорваться» к подлинной реальности: поставить пределы умозрению означает предать будущее». Систематизируя само накопленное знание, мы способны раздвигать границы собственных возможностей, выходить в область идей, рожденных силой воображения. Необходимо преодолеть «цивилизационную» усталость Европы, потерявшей импульс к обретению нового, противопоставив ей «героизм разума», возможный в результате синтеза науки и философии, обоснования картины новой онтологическогй реальности. Наука имеет заложенные к этому синтезу интенции, но сама не способна его осуществить. Отсюда необходимость метафизики, «спекулятивной» философии, которая должна дать интерпретацию каждому элементу опыта, объяснить значение абстракций, установить связи между концептами посредством выявления их подлинного эмпирического содержания, выработать систему общих идей, т.е. завершить усилия разума постигнуть природу Вселенной. Наука невозможна без философского мышления, как бы она не противилась этому. По У., «философия мистична», «но цель философии – рационализировать мистицизм», в чем она сродни поэзии в их общей ориентации на предельные смыслы цивилизации (отождествляемой У. с культурой).


В.Л. Абушенко


Источник: «Новейший философский словарь".


Страницы, ссылающиеся на данную: НФСПолноеСодержание
НФСУ
У
ФЭСПолноеСодержание
ФЭСУ

Энциклопедия Современной Эзотерики: к началу


 
Комментарии [Скрыть форму]

 

 


Новости | Библиотека Лотоса | Почтовая рассылка | Журнал «Эзотера» | Форумы Лотоса | Календарь Событий | Ссылки


Лотос Давайте обсуждать и договариваться 1999-2019
Сайт Лотоса. Системы Развития Человека. Современная Эзотерика. И вот мы здесь :)
| Правообладателям
Модное: Твиттер Фейсбук Вконтакте Живой Журнал
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100