Сайт Лотоса » на главную страницу
домойFacebookTwitter

Энциклопедия
современной эзотерики

начало > КарлМанхейм ...

А|Б|В|Г|Д|Е|Ж|З|И|Й|К|Л|М|Н|О|П|Р|С|Т|У|Ф|Х|Ц|Ч|Ш|Щ|Э|Ю|Я

Манхейм (Mannheim) Карл

(1893–1947) — нем. философ и социолог, один из основателей социологии знания, известен своими работами по теории идеологии и динамике культуры. Род. в Венгрии. Учился в ун-тах Будапешта, Фрайбурга, Гейдельберга, Парижа. На развитие взглядов М. оказали влияние идеи Г. Риккерта, Э. Гуссерля, М. Вебера, М. Шелера, традиции неокантианства, неогегельянства, феноменологии. После падения Венгерской советской республики (1919) переехал в Германию. С 1925 — приват-доцент философии Гейдельбергского ун-та, с 1929 — проф. социологии и национальной экономии во Франкфуртском ун-те. В 1933 эмигрирует в Великобританию. Преподает социологию в Лондонской школе экономики и политической науки, с 1941 преподает в педагогическом центре при Лондонском ун-те, где в 1945 становится проф. педагогики. В «нем.» период своего творчества М. занимается проблемами теории познания, разрабатывает философско-социологическую методологию социального познания, обращается к изучению феноменов духовной культуры. Наиболее известная работа этого периода «Идеология и утопия» (Ideologie und Utopie. Bonn, 1929; в пер. на англ. Ideology and Utopia. London, 1952). В «англ.» период творчества М. создает работы, посвященные анализу исторического опыта 20 в. Наиболее известные работы этого периода «Человек и общество в эпоху преобразований» (1935), «Диагноз нашего времени: очерки военного времени, написанные социологом» (1943).


М. ощущал свое время как эпоху радикальной социальной перестройки. Как и ряд др. мыслителей межвоенного времени, суть этой перестройки он видел в переходе от традиционной социальной структуры с ее устойчивой иерархией и господством просвещенной элиты к обществу, в котором массы начинают претендовать на власть.


Деструктивный ход событий, по М., заключается в том, что те социальные слои, у которых и раньше можно было предполагать латентное господство иррациональных импульсов, теперь декларировали их открыто, а группы, которые могли бы противодействовать иррационализму, оказались беспомощными и как бы внезапно потеряли веру в формирующую общество власть разума.


В свете этих представлений М. обращает внимание на феномен диспропорционального развития человеческих способностей. Он выделяет два основных вида опасных диспропорций в развитии способностей. Первый состоит в том, что в обществе техническое и естественно-научное знание опережает моральные силы и осмысление общественного прогресса. Второй вид диспропорций возникает из-за того, что ни в одном более или менее сложном обществе разумность и моральность, необходимые для решения поставленных хозяйством и обществом задач, не проявляются во всех социальных группах и слоях равномерно. Эту диспропорциональность М. называет «социальной диспропорциональностью» и связывает с нею необходимость регулирования процессов перехода к демократии масс.


На основе диагноза, поставленного современному обществу, М. задается вопросом: «Действительно ли на стадии массового общества все безнадежно, и мы без надежды на спасение движемся навстречу гибели общества и культуры?» Он считает, что история либерального массового общества достигла точки, когда расчет на естественный ход событий ведет к гибели. Чтобы избежать рокового развития событий, необходимо регулирование, даже планирование социокультурных изменений. Необходимо также признать, что система образования, рассчитанная на индивидуализированный элитарный тип в демократии меньшинства, не может быть без изменений успешно применена к массам. Пассивное ожидание в этой ситуации опасно, ибо к власти придут те группы, которые под планированием понимают одностороннее, функционирующее в их интересах господство сил. Планирование не означает насилия над живыми структурами, диктаторскую замену творческой жизни. Это прежде всего умение ясно видеть тенденции развития и учитывать их в своих действиях, поддерживать любые позитивные сдвиги.


В последние годы жизни М. интенсивно занимался проблемами воспитания и образования, изменениями, происходящими в культуре и общественной жизни.


Диагноз нашего времени. М., 1994; Seele und Kultur. Budapest, 1918; Die Strukturalyse der Erkenntnistheorie. Berlin, 1922; Historismus. Bonn, 1924; Das Problemeiner Soziologie des Wis-sens. Bonn, 1925; Ideologische und soziologische Interpretation der geistigen Gebilde. Bonn, 1926; Ideologie und Utopie. Bonn, 1929 (в пер. на англ.; Ideology and Utopia. London, 1952); Mensch und Gesellschaft im Zeitalterdes Umbraus. Leiden, 1935 (в пер. на англ.: Man and Society in an Age of Reconstruction. Studies in Modern Social Structure. London; New York, 1940); Diagnosis of Our Time: Wartime Essays of Socioligist. London, 1943.


Малинкин А.Н. О Карле Манхейме // Манхейм К. Диагноз нашего времени. М., 1994.


Источник: «Философский энциклопедический словарь".
Используемые сокращения.


(1893–1947) – немецкий социолог и философ. Учился в университетах Будапешта, Фрейбурга, Гейдельберга, Парижа. В 1919 эмигрировал из Венгрии в Германию. С 1925 – приват-доцент философии в Гейдельбергском университете. С 1929 – профессор социологии и национальной экономики в университете Франкфурта-на-Майне. В 1933 эмигрировал в Великобританию, профессор Лондонской экономической школы. С 1941 – в Институте образования при Лондонском университете, в котором в 1945 стал профессором педагогики. Незадолго до смерти возглавил один из отделов Юнеско. Инициатор и редактор «Международной библиотеки по социологии и социальной реконструкции». Основные работы: «Историцизм» (1924); «Проблема социологии знания» (1925); «Идеология и утопия. Введение в социологию знания» (1929); «Человек и общество в эпоху преобразования» (1935); «Диагноз нашего времени» (1943); «Свобода, власть и демократическое планирование» (1950); «Система социологии» (1959); «Эссе о социологии и культуре» (1956) и др. Ориентируясь на создание синтетической концепции знания, М. был знатоком современных ему философских и социологических идей, многие из которых органически использовал в своем творчестве (прежде всего это относится к неокантианству, феноменологии и марксизму). Отмечается непосредственное влияние на М. со стороны Лукача, Э. Ласка, Риккерта, Гуссерля, М. Вебера, Шелера. Резкое неприятие у М. встретили натуралистическая установка и методологические принципы позитивизма, а критическому разбору у него подверглись практически все эпистемологические концепции и ориентации общественно-политической мысли (либерализм, консерватизм, социализм, фашизм, коммунизм). Специально занимался анализом религиозного (христианского в целом, анабаптистского – в особенности) сознания. В целом творчество М. носит достаточно цельный характер, но отмечено изменением (существенным) акцентов, которое произошло в эмигрантский период его жизни. С проблем собственно социологии знания его внимание перемещается на диагностику европейской социокультурной ситуации. Кроме того, в этот период М. активно занимался проблемами культуры и образования. Концепция М. может быть определена как культурологическая методология с предельно широкой сферой возможных аппликаций. Культурно-исторические эпохи отличаются, согласно М., кроме прочего, наличием жизненных доминант, определяющих общий их стиль и господствующие в них «стили мышления» («мыслительные позиции»). В этом отношении современная эпоха, по М., – эпоха кризисная. По отношению к ней можно говорить об исчезновении единого интеллектуального мира с фиксированными и доминирующими ценностями и нормами. Более того, за рационально организованным мышлением обнаружилась его подоснова – «коллективное бессознательное». Обнаружилась несостоятельность одной из основных абстракций европейской культуры – наличие внеисторического субъекта познания, мыслящего «с точки зрения вечности», т.е. внешнего беспристрастного и объективного наблюдателя, выносящего окончательные истинные оценки. Мир, по М., – это мир разных частных интересов, разных типов и стилей мышления, требующих своего выражения в системах взглядов и претендующих на статус «единственно верных». Знание оказывается контекстуально и социально, а в конечном итоге – культурно обусловленным. История мысли у М. – это история столкновения классовых, групповых и иных миросозерцаний, стремящихся себя рационально оформить. Следовательно, необходимо различать различные когнитивные системы по механизмам их социального обусловливания. Если за естествознанием и математикой еще можно признать статус объективного знания, то знание социогуманитарное, по М., не может быть адекватно проанализировано без учета его социальной детерминации. В общекультурной же рамке обнаруживается обусловленность любого знания: его параметры зависят от занятой в социокультурном пространстве позиции, заданного видения («перспективы»). Анализ возможных «перспектив» и их соотношения между собой – задача социологии знания. Однако научное знание, по мысли М., – не единственное духовное образование, продуцируемое в обществе. Следует выделять особые системы взглядов, которые обозначаются терминами «идеология» и «утопия» (по сути – негативный вариант той же идеологии). Изначальный критерий их выделения – непризнание тех или иных систем взглядов в качестве беспристрастных, оценка их как ангажированных и противопоставление им иной системы идей. Они не являются «диагнозами» ситуации, а, согласно М., «запускают» определенные системы деятельности. Идеология выражает такое состояние сознания, когда правящие группы в своем мышлении могут быть настолько сильно привязаны посредством интересов к определенной ситуации, что они просто не способны видеть те факты, которые могли бы подорвать их господство. Утопия же фиксирует то, что «определенные угнетенные группы столь сильно заинтересованы в разрушении и трансформации данных условий общества, что они помимо своей воли видят только те элементы в ситуации, которые имеют тенденцию отрицать ее». Любая идеология есть апология, она ориентирована на сохранение сложившегося статус-кво. Именно в этом ей противостоит утопия, ориентированная на будущее, на занятие доминантной позиции в обществе той группой, интересы которой в ней (утопии) представлены. Приход такой группы во власть превращает утопию в идеологию. М. различает два типа идеологий. Партикулярные идеологии отражают интересы отдельных человеческих сообществ с их специфическими интересами. Они представляют собой сознательные или несознаваемые фальсификации действительности, основанные на селекции нужных информационных фрагментов. Адекватное их понимание требует знания психологических механизмов коллективных действий и представлений. Тотальные идеологии предзадаются сложившейся социальной системой, естественно складывающейся расстановкой социальных сил и удерживаются общей рамкой культуры. Они синтезируют и представляют целостное видение перспектив и обеспечиваются соответствующим понятийным аппаратом, способами мышления (аналитическими или мифологическими), моделями (схемами) мышления, требованиями к степени конкретизации видения (универсализм или эмпиризм), онтологическим обоснованием (возможные способы существования и структурирования). В этом отношении они – предмет социологии знания. Конечная задача последней – через критическую работу по обнаружению различных идеологических искажений знания – реализовать позитивную задачу. Суть последней – удержав многообразие равноправных и правомерных перспектив (их «реляционность») – осуществить когнитивный синтез. Реализовать его (и то лишь потенциально) способна единственная, не вплетенная жестко в сеть социальных интересов и ресурсно (информационно) обеспеченная для решения подобной задачи, социальная группа – интеллигенция («социально свободно парящие интеллектуалы»). Синтез предполагает и наличие реальных механизмов в обществе, позволяющих находить балланс интересов. Однако кризис системы традиционных западных демократических ценностей при отсутствии общекультурной доминанты разрушил, по М., этот складывавшийся баланс. Противостоять полной ценностной дезинтеграции (анархии) и в то же время не впасть в другую крайность – обеспечения интеграции ценностей через тотальную регламентацию (диктатуру) – в современном обществе можно, согласно М., лишь на основе внедрения социальных технологий, направленных на поддержание «достаточного уровня» рефлексии (критического сознания) и предполагающих целенаправленность организационных усилий для реализации этой цели.


В.Л. Абушенко


Источник: «Новейший философский словарь".


Страницы, ссылающиеся на данную: М
НФСМ
НФСПолноеСодержание
ФЭСМ
ФЭСПолноеСодержание

Энциклопедия Современной Эзотерики: к началу


 

 

 


Новости | Библиотека Лотоса | Почтовая рассылка | Журнал «Эзотера» | Форумы Лотоса | Календарь Событий | Ссылки


Лотос Давайте обсуждать и договариваться 1999-2019
Сайт Лотоса. Системы Развития Человека. Современная Эзотерика. И вот мы здесь :)
| Правообладателям
Модное: Твиттер Фейсбук Вконтакте Живой Журнал
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100